Поиск



Счетчики








«Искушение Анжелики / Анжелика в Голдсборо» (фр. La Tentation d’Angelique) (1966). Часть 5. Глава 14

Трубили трубы, ветер трепал флаги.

Зал примыкал к таверне, успевшей всем так понравиться, что вскоре она прославилась на сотню лье вокруг, как «Таверна-под-фортом».

По песчаным берегам бухты и у причала были разложены костры. На вертелах жарилась дичь. Для матросов, простого люда и индейцев были открыты бочки с вином.

Пока гости собирались, рассаживаясь за огромным столом, Анжелика незаметно проскользнула на кухню.

Ей обязательно надо было чем-то подкрепиться, иначе можно не выдержать. Она была на грани нервного срыва и чувствовала, что вот-вот или разрыдается или разразится диким хохотом. Жоффрей, потеряв всякое чувство меры, открыто насмехался над ней.

— Налей-ка мне кружку вон того вина, — обратилась она к Давиду Карреру, предварительно осмотрев винные бочонки в кладовой.

— Кружку! — удивился Давид, и глаза его округлились. — Вам? Это же белое бордо, мадам. Вы же знаете, оно обжигает, как солнце!

— Это как раз то, что мне надо!

С кружкой в руке она вернулась на кухню. Направляясь к очагу, где крутились вертела, она не преминула бросить насмешливый взгляд в сторону местных дам, что-то горячо обсуждавших.

Госпожи Маниго, Мерсело и другие оказались здесь под предлогом чем-нибудь помочь, на самом же деле их интересовали прически приглашенных дам.

— Ну, и что же вы думаете о вашем новом губернаторе? — спросила Анжелика и громко рассмеялась, откинув голову назад. — Я понимаю, что вас смущает, мои красавицы! Обо мне так много сплетничали, что вы не ожидали такого финала. Я вам сейчас раскрою секрет. В давние времена, в стране варваров, Золотая Борода был рядом со мной и спас мне жизнь. Разве можно забыть мужчину, спасшего тебе жизнь?.. Как не броситься к нему на шею, если морские ветры занесли его к нам?.. И сразу же пошли сплетни, пересуды, и дружеская встреча превратилась в гнусную измену, стала яблоком раздора… Вы слишком спешите увидеть зло там, где его нет…

Насмешливая тирада и смех графини де Пейрак прозвучали довольно язвительно.

Анжелика, зная, что говорит всего лишь полуправду, почти уверовала, что так оно и было, и продолжала разыгрывать комедию. Курт Риц, он был далеко, бедняга. И никто не мог заставить его публично засвидетельствовать то, что он видел собственными глазами — или то, что ему показалось, — при свете коптящей свечи, в ночь своего побега.

— Знайте же, дорогие дамы, сплетни погубят Новый Свет, как они уже погубили Старый, — закончила Анжелика, осушая до дна кружку белого вина.

Чья-то голова просунулась в полуоткрытую дверь.

— Мадам, вас приглашают в большой зал.

— Сейчас иду!

Назад | Вперед